Люблю эту сценаристку за то, что она как в «Мой аджосси», так и в «Моем дневнике освобождения» показывает человеческую, настоящую сторону людей и отношений. У нас в голове есть некое социально обусловленное мерило успешности, состоятельности в жизни, да и просто нормальности, и на всё, что отклоняется от этого набора критериев, мы быстро вешаем ярлык: взрослые дети, живущие с родителями; тридцатилетние-сорокалетние люди, которые ничего не добились или остались у разбитого корыта; сорокалетний женатый мужчина, который общается с двадцатилетней девушкой; умный, подающий надежды парень, который все бросил и стал монахом; алкоголики, коллекторы, одиночки, убийцы и т.д. «Мой аджосси» и «Мой дневник освобождения» рифмуются. В них четко виден почерк одного автора и как одни идеи гуляют из одного произведения в другое, или, зарождаясь в одном, развиваются в другом. «Иногда я думаю, что надломленные люди гораздо честнее тех, что живут счастливо», - говорит Миджон в дневнике освобождения. Мир этой сценаристки полон такими надломленными людьми. В нем много мытарства и приземленных, обычных вещей, таких как бесконечные вагоны-автобусы и поездки на работу и с работы. Но несмотря на это, он не вгоняет в безысходность и депрессию, а обнимает и наполняет. И я люблю этот мир, в нем мне комфортнее и роднее, чем в сказках о принце и «они жили долго и счастливо». От него тепло, как от задушевного разговора с родным человеком на кухне за чаем. В нем нет глянцевой любви, в нем есть человеческая близость. «Мой аджосси» и «Мой дневник освобождения» не для развлечения, забытья, побега от собственной жизни и убийства времени, они для тех, кто ищет глубины и осмысления. You’re welcome here. Enjoy.